Попытка номер два: опять пинии

Пиния (сосна итальянская) — хвойное дерево с изящной зонтиковидной кроной. Имеет плотную ярко-зелёную длинную (до 15 см) хвою. Шишки пинии округло-яйцевидные, преимущественно одиночные, редко — по 2–3, достаточно крупные длиной 8–15 см, диаметром 15 см, созревают на третий год в октябре и не раскрываются до следующей весны. В каждой шишке содержится до сотни сладких маслянистых орешков «пиньоли». В Италии и Греции орех пинии имеет промышленное значение. С 1 гектара в хорошие урожайные годы его собирают до 6–8 тонн. Пиния неприхотлива к почвам, ветроустойчива, хорошо переносит засуху, образует чудесные рощи в монокультуре. В Средиземноморье произрастает в пределах 0–600 (1000) м н.у.м. Имеет 2 центра естественного распространения: на Пиринейском полуострове и в Малой Азии. Любит сухую теплую и рыхлую почву. Хорошо растет на песчаных или сухих известковых грунтах. Светолюбива, засухоустойчива. Может расти в местах с количеством осадков до 300 мм в год. Выносит кратковременные морозы до -18 градусов Цельсия. Не переносит избыточного увлажнения, нуждается в дренаже. Используется для выращивания в стиле бонсай. Имеет очень декоративную хвою, форму кроны, шишки. Обогащает ландшафт приморских местностей и применяется для декорирования архитектурных сооружений. Высаживают также вдоль дорог и аллей для создания тени. Эффектно смотрится в парках при посадке отдельных деревьев или группами на открытых местах.

Еду на юг Италии — к Сицилии. Дорога длинная, и, как всегда, мой взгляд цепляется не так за здания, как за деревья. Здесь трудно не обратить внимание на пинию (Pinus pinea) — её характерная «зонтичная» крона формирует самый узнаваемый силуэт Средиземноморья. Эти деревья могут жить до 200–250 лет, достигая 25 метров высоты. У них мощный ствол с красновато-бурой корой и широкой кроной, похожей на перевёрнутую чашу. Такой облик не только декоративен: он формируется естественно, чтобы улавливать максимум солнечного света. С ботанической точки зрения, у пинии есть несколько особенностей: Хвоя собрана в пучки по 2 иглы, каждая длиной 10–20 см, мягкая на ощупь и слегка изогнутая. Шишки крупные, созревают три года (!), иногда достигая 15 см длиной. Внутри — не «орехи», а семена, известные как пиниоли. Каждая спелая шишка даёт около 30–50 семян, но получить их — дело непростое. Шишки подсушивают, "чешуя" раскрываются, и только тогда можно достать ядра. Итальянская кухня знает им цену: пиниоли кладут в песто алла дженовезе, в сицилийскую пасту с сардинами, добавляют в сладости и в праздничные блюда. Интересный факт: культурные популяции пинии постепенно теряют «крылышко» на семенах. В дикой природе оно нужно, чтобы ветер разносил семена. Но человеку важнее удобство сбора — и за века деревья «подстроились» под наши нужды. И да, стоит помнить — пинии не только символ красоты. Их корневая система укрепляет склоны, предотвращая эрозию, а крона создаёт прохладные аллеи там, где летом температура поднимается за +35 °C. Пожалуй, пиния — одно из тех растений, которые лучше всего выражают характер Италии: древняя, выносливая, полезная и при этом изысканная.

У меня маленькое событие — одна из моих пиний наконец-то получила собственный стаканчик. Долго всматривался, выбирал ту, что выглядит чуть крепче остальных. В итоге достал аккуратно, почти пинцетом, и пересадил так, чтобы не тревожить её тонкие, как паутинка, корешки. Я сделал ей почвенную смесь, максимально близкую к тому, что ей понравится в будущем взрослом виде. Вот что получилось: основа — лёгкий универсальный грунт, но в минимальном количестве; крупный перлит — чтобы не было застоя влаги и корни дышали; немного сосновой коры, совсем мелкой фракции — создаёт рыхлость, держит структуру; керамзит у стенок и на дне — своеобразные "воздушные карманы"; сверху — тонкий слой песка, чтобы поверхность не закисала и не тянула лишнюю влагу. Получился почти что миниатюрный песчаный склон, идеально подходящий для детства средиземноморских сосен. Пересадка, конечно, вещь рискованная: пинии не любят, когда их тревожат раньше времени. Но эта малышка буквально просилась в отдельную «комнату»: корешки упирались в стенки ячейки, и вытянуть её без повреждений в будущем было бы гораздо сложнее. Теперь стоит она в своём новом стаканчике — тонкая, воздушная, с длинными первыми иглами, будто маленькая зелёная антенна, ловящая мир. И именно эта пиния станет той самой, которую я буду формировать как бонсай. Пока ей рано что-то прищипывать или задавать направление — главное, чтобы она спокойно нарастила корни и адаптировалась. Но мысленно я уже вижу, какой стволик у неё может получиться: изящный изгиб, небольшая «платформа» зелёных пучков, крепкая корневая шея, приподнятая над грунтом... Ещё рано говорить о стиле — будет ли это что-то вроде мойнги, со спокойным вертикальным стволом, или сёкан, с лёгким наклоном и динамикой. Но я точно знаю одно: впереди тонкая, кропотливая работа, А пока пусть растёт, набирается сил и делает то, что получается у неё лучше всего — быть маленькой сосной с большими перспективами.