Публикация
А еще у меня есть амариллисы... Или гипеаструмы?
Когда я выкапывала эти луковицы в своем саду в Тбилиси, было ощущение, что забираю с собой маленькие капсулы памяти. Аккуратно трогала сухие чешуйки, отряхивала землю и думала: вот это все поедет со мной на 27 этаж, к морскому ветру, к космее в горшке и к моим экспериментам на балконе в Батуми.
Теперь эти луковицы живут здесь, рядом с тонкими, будто кружевными стеблями космеи. Внизу у земли видно светлые «плечики» и следы старых срезов, а сверху уже тянутся нежные зеленые перышки. Я сижу утром с чашкой кофе, смотрю на этот горшок и думаю: кто же вы, дорогие, амариллисы или гипеаструмы?
В Грузии почти все такие цветы называют просто "амариллис". Но ботаники, как всегда, усложнили жизнь садоводам. Настоящий амариллис в природе почти один - Amaryllis belladonna. Он цветет необычно: сначала появляется голый цветонос, без листьев, обычно в конце лета или осенью. На нем раскрывается целый букет воронкообразных цветов, а листья выходят позже, уже когда цветение заканчивается.
Гипеаструмы ведут себя по-другому. Это те самые луковицы, которые мы привыкли выращивать дома зимой и весной. У них полый цветонос и крупные, плотные листья, которые появляются примерно вместе с бутонами или вскоре после цветения. Цветов в зонтике обычно меньше , чем у настоящего амариллиса, но зато сколько расцветок создали селекционеры!
По луковице отличить их почти нереально. Да, у амариллиса она чаще более вытянутая, грушевидная, с коричневыми чешуйками, а у гипеаструма более округлая. Но пока они молчат, а правду скажет только само цветение.
Так что я решила не торопить выводы. Весной и летом буду наблюдать.
Если однажды на голом стебле, без листьев, вдруг распустится ароматный букет розово-белых колокольчиков - значит, это тот самый капризный, настоящий амариллис.
Если же вместе с мощными зелеными листьями выстрелит полый цветонос с двумя-тремя крупными цветами - значит, это мой старый знакомый гипеаструм, просто переселившийся из тбилисской земли на балкон у Черного моря.
Но мне, если честно, все равно, какое имя окажется в итоге правильным. Главное - момент, когда из этой грубой, чуть потрескавшейся луковицы внезапно поднимется живой стебель. В такие минуты особенно ясно чувствуешь: сад можно увезти с собой, даже если он уместился всего в нескольких горшках и небольшом вазоне с луковицами.
А у меня появился новый житель — гиппеаструм. С виду пока просто зелёная стрела, но я хорошо знаю, какой фейерверк скрыт внутри этой луковицы! Каждый день стрела вытягивается чуть выше, и мне кажется, я слышу, как внутри плотного бутона собирается энергия будущего цветка. Гиппеаструм — уроженец тропиков Америки, где он растёт на солнечных равнинах, и потому дома ему тоже нужно много света и немного терпения. Цветонос появляется раньше листьев — будто всё растение стремится выдать наверх своё чудо как можно скорее. Цветы у него крупные, очень декоративные, часто с ароматом, и могут быть любого оттенка — от снежно-белого до винно-красного. Я не знаю, какой у меня сорт — это подарок, он пришёл ко мне безымянным. Но в этом есть особый азарт: ждать и гадать, каким же окажется цветок, когда бутон наконец раскроется. А пока я просто любуюсь тем, как он растёт, — будто потихоньку расправляет плечи навстречу новому солнечному дню. Кстати, раньше я всегда называла этот цветок амариллисом. Да и многие так делают — привычно и красиво звучит. Но потом узнала, что настоящий амариллис — это африканское растение Amaryllis belladonna. А наш комнатный гигант с толстой луковицей и цветоносом, как копьё, — это на самом деле гиппеаструм, уроженец Южной Америки.
Сначала у этого амариллиса был один солидный луковичный «шар», который каждый год честно выпускал листья, иногда — цветонос. А однажды, недавно, я заметила сбоку маленький зелёный «кинжал». Потом второй, третий… Теперь вокруг мамы-луковицы целый детский сад. Для амариллиса это нормальная история — взрослая, хорошо откормленная луковица со временем выпускает по кругу деток. Они сидят очень близко, почти вплотную, поэтому руки сразу чешутся всё разобрать, рассадить и навести порядок. Но тут лучше не спешить. Пока детка размером с карандаш, а не с маленькую луковку, ей лучше оставаться рядом с мамой: она пользуется общей «столовой» – общими корнями и запасами питания; горшок прогревается и поливается ровно, без стресса; у растения нет шока от пересадки. Обычно советуют отделять деток, когда у них уже есть свои крепкие корешки и диаметр луковички хотя бы 2–3 см. Тогда можно аккуратно вынуть весь ком, найти место соединения и отсоединить детку руками или очень острым ножом (с подсушиванием среза и присыпкой углём). Планы у нас такие: часть деток оставить в общем горшке, чтобы амариллис со временем превратился в целый куст с несколькими цветоносами, а пару подросших — пересадить отдельно и потом раздарить. Пока что просто поливаем умеренно, не заливаем, подкармливаем по чуть-чуть и наблюдаем, как в одном горшке растёт маленькая луковичная династия.
Этот гипеаструм у меня не первый год. Он не капризный, но требует внимания и режима. Луковица крупная, взрослая, но каждый раз перед цветением я немного волнуюсь: хватит ли ей сил, правильно ли я выдержала период покоя. Цветок у него густой, махровый, насыщенного красного цвета. На фоне зимнего окна он выглядит особенно выразительно — словно в доме появился источник тепла. Мне нравится, что у гипеаструма такие строгие цветоносы и крупные лепестки - без лишней вычурности, но очень элегантные. После цветения я обязательно дам ему восстановиться: хорошее освещение, регулярный полив без переувлажнения, подкормки. Потом — покой. Это важно, если хочешь, чтобы растение жило долго. Комнатные растения не требуют общения и ласки, как домашние животные - но зато хорошо откликаются на аккуратный, спокойный уход. И дарят нам яркость и красоту, как этот красавец. Зимой это особенно ценно.
